Печать

Большая семья

krychkovyЕхал мужик на лошади, запряженной в телегу. И надо же такому случиться: коняга сломала ногу… На дворе стоял 1934 год, страна боролась с вредителями социалистического строя, а та несчастная лошадь была колхозной. Добрые люди, хотя и приближенные к власти,  втолковали  мужику: пока за порчу колхозного имущества не посадили, надо сматывать удочки. Словом, уезжать.

Так орловский колхозник Трифон Иванович Крючков с семьей оказался в Корфовском. Работать пошел в карьер, там же получил комнату в бараке. Как говорится, в тесноте да не в обиде. На новом месте жизнь стала налаживаться. Дети отправились в школу. Семья обзавелась огородом, живностью. А когда купили корову и в доме появилось свое молоко, радости не было предела. Но вскоре началась война…

Трифон Иванович мобилизации не подлежал по возрасту. На фронт уходили молодые и сильные. Им на смену в карьер приходили бабы да несовершеннолетние. Основная нагрузка легла на таких, как Крючков, - опытных, усердных. Хватало работы и по дому: наколоть дров, вскопать огород, накосить сена. Сыновья помогали, но отцовский вклад в благополучие семьи был решающим. Впрочем, и до войны Трифон Иванович себя не жалел, не в его характере было отлынивать от работы. В 1943 году, когда ему исполнилось пятьдесят два года, Трифон Иванович умер. Как жить семье, лишившейся кормильца?

Пятнадцатилетнего Алексея взяли в карьер коногоном. Вагонетки, груженные камнем, по узкоколейной железной дороге тянули лошади.  Надо было ими управлять, чтобы выполнить план погрузки камня в вагоны, чтобы сами лошадушки  не упали от изнеможения. Алексей любил этих бессловесных тварей,  гладил их ноздреватые морды,  теребил уши и челки,  но тянуло его к технике. Как только представилась возможность, он перешел в слесари.

В 1946 году на карьер устроился и Василий Крючков, который на два года моложе Алексея. Оба брата выдались в отца, не отличавшегося говорливостью, выполнявшего работу молча и сосредоточенно. Их можно назвать самоучками. Они рано оставили школьные тетради,  учились профессии без отрыва от производства, их ладони не были мягкими и нежными, потому как постоянно соприкасались с металлом. Оба сделали достойную карьеру на родном предприятии: Алексей Трифонович возглавлял дробильно-сортировочную фабрику, Василий Трифонович - ремонтно-механические мастерские. Без преувеличения, они стали гордостью Корфовского каменного карьера. Алексей был награжден орденом Трудового Красного Знамени, Василий - орденами Ленина и «Знак Почета».  Высокие государственные награды не вскружили головы, не способствовали появлению уничижительных интонаций в общении с рабочими и итээровцами, обойденными знаками отличия. Простые и открытые, Крючковы оставались такими везде - на трибуне партийного собрании, в детском саде, куда водили сыновей, на огороде, где сажали картошку с другими корфовчанами.

Их старший брат Егор с детства мечтал о покорении небесных высот. И своего добился: поступил в  военное училище, распределился в летную часть. Но что случилось в теперь уже далеком 1948 году?.. Он погиб при выполнении задания, жизнь его оборвалась в других обстоятельствах? Каких-либо сведений на этот счет Крючковым  не поступало. Егор остался в памяти юным, смелым, полным прекрасных замыслов.

Где знакомились  корфовские парни и девчата  в послевоенные годы? Конечно же, на танцах в воинской части, где духовой оркестр играл вальсы, фокстроты, польки. В воздухе витали запахи духов «Красная Москва», самой модной тканью считался  крепдешин, влюбленные парочки без боязни уходили в темень. Избранницей Васи Крючкова стала Маруся Серебренникова. Леша Крючков взял в жены Валю Белоусову, которая уже была замужем и родила.

- Первый мой муж был военным. Он служил в Корфовском, но поступил приказ о его переводе в Псков. Моя мать сразу в слезы: «На кого бы бросаешь пятерых братьев и сестер? Кто их будет кормить, одевать, обувать?..»  И я не поехала в Псков, хотя любила мужа и жили мы с ним хорошо, - так говорит сегодня Валентина Осиповна о прежнем браке.

В карьер она пришла в 1947 году. Вряд ли бы малолетку приняли в отделе кадров, но Валя упросила директора карьера,  отца подруги, которая жила с ней в одном бараке. Валентине поручили  собирать щебень после взрыва, отвозить его к вагонеткам  на санках - металлических листах, перегружать щебень в вагоны необычными вилами. К оконечностям длинных зубьев были приварены шарики. У нее замирало сердце, когда она видела, как работают бурильщики и взрывники на высоте. Они висели на веревках, забуриваясь в породу, закладывая взрывчатку. Валентина боялась, что веревки не выдержат, парни упадут и покалечатся. Вероятно, на ее доброту и сострадание обратил внимание Алексей Крючков, хотя его возлюбленная бывала и другой - капризной,  взбалмошной. При этом она не скрывала, что эмоциональный настрой, как черные волосы и смуглость кожи, от отца, который был мадьяром.

Мадьяры - это венгры. В Первую Мировую войну Российская империя воевала с Германией и Австро-Венгрией. На Красной Речке был лагерь военнослужащих, попавших в плен. В Хабаровске, столице Приамурского генерал-губернаторства, они реконструировали здание военного собрания (ныне художественный музей на улице Шевченко), приют (ныне детский дом №1 на улице Ленина). Впрочем, помимо работы венгры, австрийцы,  немцы находили время для общения с местным населением, в особенности с прекрасным полом. Это естественно, ведь они были молоды. Так мадьяр Иосиф влюбился в русскую девушку Катю  и так привязался к ней, что когда открылась возможность вернуться в Европу через Владивосток и три океана, он пожелал остаться в России. Точней, в Российской советской федеративной социалистической республике.

По словам Валентины Осиповны, отец был квалифицированным взрывником, работал в разных местах Дальнего Востока, куда отправлялся с семьей. Корфовский стал последней его пристанью. Возможно, потому что здешние сопки напоминали ему венгерские пейзажи,  предгорья Карпат. Что касается Валентины, которой был выдан паспорт с политически выдержанным  отчеством «Осиповна»,  то мадьярская кровь не мешала ей заниматься привычными для русской женщины делами - таскать воду ведрами, обихаживать огород и живность,  ходить в лес за ягодами и грибами. И, разумеется, рожать детей. Когда на свет появился третий сын, она в сердцах крикнула акушерке: «Выбрось его в окно!..» Очень хотелось дочку. Расстроилась так, что молоко пропало, и Виктора  поначалу кормила своим молоком Мария Крючкова - жена отцовского брата, которая тоже родила сына.

Так и росли вместе Александр - сын Марии Михайловны и Василия Трифоновича, Владимир и Виктор - сыновья Валентины Осиповны и Алексея Трифоновича. И Александр Белоусов, сын Валентины Осиповны от первого брака. Алексей Трифонович относился к нему как к родному,  а Саша называл его папой. Жизнь изменилась, когда карьер развернул строительство многоквартирных домов и бараки с сараюшками для скотины, грядками для редиски и прочей мелочи пошли под снос.

- Мой сказал: «Продавай корову». И вообще хватит возиться с чушками, с гусями, утками, курами. Будем жить как в городе! - вспоминает  Валентина Осиповна разговор с мужем, когда им выделили квартиру со всеми коммунальными удобствами. - А по весне сам построил сарай, где мы стали держать поросят и кур. Ведь ни мяса, ни яиц в магазинах не было...

Но в майские и октябрьские праздники, не говоря про новый год, столы не пустовали. Холодец, винегрет, картошечка. Конечно же, квашеная капусточка и соленые грибочки. В общем, было чем закусить. И запевали - «По диким степям Забайкалья…»,  «Хас-Булат удалой, бедна сакля твоя…» Казалось,  вот оно, счастье, о котором мечтали в войну и после войны.  Работай, не ленись, и получишь сторицей. Хватит на мебель в новой квартире, на одежку-обувку себе и детям. Они вон уже какие вымахали!..

- Мы ездили в Хабаровск, и родители показывали нам здания в центре города, фундаменты которых были построены из бутового камня. Нашего, корфовского, камня. Запомнилось здание Главдальстроя. С торца там располагался ресторан «Уссури», - замечает Виктор Алексеевич Крючков.

Излишне спрашивать, куда устроились работать сыновья братьев Крючковых. Да, в Корфовский каменный карьер. Другие варианты вряд ли приходили в голову. Свой первый рабочий день Виктор Алексеевич помнит до сих пор. Определили его к Ивану Кузьмичу Буянкину, слесарю дробильно-сортировочного завода. Тот вручил ему кувалду и подвел к дробилке, которая новоиспеченному пролетарию и представителю третьего поколения династии Крючковых  показалась  пугающе громадной. Впрочем, так оно и было: масса дробилки, принимающей куски гранодиорита и выдающей щебень заданных фракций, без малого полторы сотни тонн. Без такого инструмента как кувалда точно не обойтись!..

Со временем Виктор освоил более тонкую работу, в частности, ремонт редукторов, водяных и масляных насосов. Там же, на дробильно-сортировочном заводе, с 1983 года работал его двоюродный брат Александр.  Еще раньше устроился в ремонтно-механический цех родной брат Владимир. Молодые Крючковы не подвели своих отцов,  по праздникам одевавших  пиджаки с орденами и медалями. Возможно, и сыновья Крючковых заслужили бы награды своей работой в Корфовском каменном карьере, ведь они были толковыми специалистами, повышали квалификацию, осваивали смежные  профессии. Но в приснопамятные 90-е годы карьер не избежал того, что произошло с экономикой в масштабах страны. Выпуск продукции сократился донельзя, начались перебои с зарплатой.

- Я ушел в жилищно-коммунальное хозяйство, которое  стал муниципальным и где худо-бедно платили. Родной брат Владимир перебрался в большую энергетику: его приняли на подстанцию 220 киловольт межрегиональной энергосистемы Востока, - говорит Виктор Алексеевич Крючков. - Потом новый директор карьера приглашал вернуться. Дела там налаживались, и многие действительно возвратились. А я не смог. Мне интересно работать в ЖКХ, вижу, что реально помогаю людям…

Виктор Крючков - бессменный депутат собрания депутатов Корфовского поселения. На выборах он получает голосов больше, чем кто-либо из представительного органа местного самоуправления.  Значит,  корфовчане  его знают, ему доверяют. А карьере продолжает трудиться  Александр Васильевич Крючков, двоюродный брат Виктора Алексеевича.  Начальник дробильно-сортировочного участка  №1 Виктор Иванович Ефремов характеризует его исключительно положительно. Время не стоит на месте,  и вот уже Александр Васильевич считается ветераном производства, ему доверяют обучать молодых. Для него ДСУ-1 как родной дом: здесь пройдено сорок с лишним лет жизни.

Валентина Осиповна Крючкова по-прежнему живет в панельной пятиэтажке, где семья получила квартиру, когда муж трудился в карьере и дети бегали в школу. Все трое давно выросли, Александр, сын от первого брака, перебрался в Сибирь,  Владимир и Виктор в Корфовском, навещают ее с женами, детьми, внуками.  Да, пятое поколение Крючковых входит в жизнь. Жаль, что этого не дождались  Алексей Трифонович и Василий Трифонович, братья-орденоносцы,  неустанным трудом вписавшие себя в историю Корфовского каменного карьера.

На календаре еще зима, но день стал длиннее, солнышко начало пригревать. За окном пятиэтажки чирикают  воробьи, стрекочут сороки, воркуют голуби.  Все весну зовут. И для Валентины Осиповны  весенние звуки и запахи благотворней таблеток и мазей. Жизнь продолжается!..

На снимке: Братья Алексей и Василий Крючковы с женой Алексея Валентиной, а также сыновьями Виктором, стоящим рядом с отцом, и Александром, который у отца на руках. Фото 1950-х годов.

Яндекс.Метрика